ЖУРНАЛИСТА «НОВОЙ ГАЗЕТЫ» ПЫТАЛИСЬ УБИТЬ. Журналист михаил комаров


МИХАИЛУ КОМАРОВУ НЕ ДАЮТ ДОСТУПА К ПРАВОСУДИЮ

Такого не происходило уже очень давно. 13 июля текущего года главный редактор интернет-газеты "Своя колокольня" Михаил Комаров совершенно случайно узнал от одного из читателей, что в Октябрьском районном суде города назначено какое-то заседание, где одной из сторон выступает наше сетевое издание. Естественно, любопытство взяло верх над здравым смыслом.

Михаил Комаров явился в Октябрьский районный суд, чтобы выяснить, что там вообще происходит.

Оказалось, что необходимо пройти в кабинет к судье Наталье Канунниковой. Туда также явились неизвестный сотрудник полиции и известная рязанская правозащитница Елена Сабадышина. Судья Наталья Канунникова объявила о начале предварительных слушаний, после чего обратилась к главному редактору "Своей колокольни" Михаилу Комарову с рядом вопросов. Слово за слово и разговор получился очень скорострельным. Давно уже с Михаилом Комаровым так никто не газовал. Последний вопрос судьи Натальи Канунниковой стал вообще риторическим: "Что вам суд сделал плохого?".

После прозвучавшего ответа: "Пока не знаю – посмотрим", – Михаил Комаров был удалён из кабинета.

До сих пор остаётся полнейшей загадкой, что за процесс с участием интернет-газеты "Своя колокольня" в качестве одной из сторон идёт в Октябрьском районном суде города. Сотрудники редакции никаких уведомлений не получали. Предмет спора также неизвестен.

Видимо, кто-то втихаря пытается обстряпать какие-то свои тёмные дела.

Для кого-то гласность таит опасность.

К осени 2003 года заместитель главного редактора рязанского бюро "Новой газеты" Михаил Комаров вышел в лидеры по количеству исков. Это было тогда очень модно – защищать свои честь, достоинство и деловую репутацию. Тем более, что издание стояло в оппозиции к действующей власти, и, соответственно, любой беспредел только приветствовался.    

Судьи тоже творили, что хотели. Алла Соцкова в Московском районном суде отказалась приобщать в качестве доказательства аудиозапись разговора между Михаилом Комаровым и владельцем "Полсинаута" Сергеем Кузнецовым по иску последнего. Адвокат редакции Ирина Солдатова от оторопи тогда чуть в обморок не грохнулась.

Предмет спора состоял в том, что Михаил Комаров утверждал об угрозах в свой адрес со стороны Сергея Кузнецова именем на тот момент губернатора Вячеслава Любимова. Олигарх это отрицал. На руках у журналиста была запись разговора.

Какие ещё могут быть доказательства в подобных случаях: один утверждает одно, другой – прямо противоположное, достаточно послушать запись и понять, кто на самом деле врёт и обманывает суд.

Алла Соцкова тогда посчитала иначе и получила отвод. Слава Богу, хватило ума принять.

В Октябрьском районном суде Ирина Платонова вообще удовлетворила иск к рязанскому бюро "Новой газеты" человека с другой фамилией, нежели указывалась в оспариваемой статье, а также потребовала опровергнуть вопрос.

Правда, самое смешное заключалось в другом. Московский районный суд признал надлежащим ответчиком рязанское бюро, а Октябрьский районный суд – московскую редакцию. Пакет документов везде был предоставлен одинаковый.

Оба решения вступили в законную силу, прошли все надзорные инстанции и день за день получили итоговую подпись председателя Рязанского областного суда Анатолия Музюкина.

Вот ещё одна удивительная штука: у многих людей с возрастом начинает сильно пахнуть изо рта. Дело не в годах и не в работе печени. Это душа гниёт от грехов.

Михаил Комаров написал на Анатолия Музюкина заявление в областную прокуратуру с требованием возбудить уголовное дело по признакам вынесения заранее неправосудного решения.

До сих пор ждёт ответа.

Всего из полученных 15 претензий Михаилом Комаровым было проиграно только 2 иска. Тех самых – первых, в которых указаны разные надлежащие ответчики.  

После таких правовых импровизаций читать лекции по диффамации в Рязань приехала руководитель воронежского Центра защиты прав СМИ Галина Арапова. Судьям в доступной форме объяснили, что негативная информация не всегда является порочащими сведениями, а смысл слов нужно чётко сверять по толковым словарям без собственных домысливаний и вольных пересказов.

В Московском районном суде Татьяна Здор, которой скинули все дела по "Новой газете", сразу стала выносить взвешенные решения. Чувствовалось, что лекции Галины Араповой молодая судья действительно конспектировала, а не просто приходила попить в перерывах кофе.

После тех сеансов правового просвещения Михаил Комаров заявил, что если когда и проиграет очередной иск, то только по причине безграмотности судьи.

С тех пор прошло 13 лет.

Похоже, правовое мракобесие возвращается.

Как удалось выяснить, Наталья Канунникова приходится дочерью Анатолию Музюкину и удаление на ровном месте Михаила Комарова из Октябрьского районного суда, возможно, является сведением старых семейных счётов и обид.

Вот как это было когда-то:

 

http://old.novayagazeta.ru/data/2003/43/21.html

svoyakolokolnya.ru

ЖУРНАЛИСТА «НОВОЙ ГАЗЕТЫ» ПЫТАЛИСЬ УБИТЬ

Напомним: убийство завотделом нашей газеты Игоря Домникова до сих пор не раскрыто Заместитель главного редактора рязанского выпуска «Новой газеты» Михаил Комаров в понедельник был доставлен в больницу с серьезной травмой головы. Он...

Напомним: убийство завотделом нашей газеты Игоря Домникова до сих пор не раскрыто                Заместитель главного редактора рязанского выпуска «Новой газеты» Михаил Комаров в понедельник был доставлен в больницу с серьезной травмой головы. Он возвращался из суда, где только что выиграл гражданское дело у местного олигарха Кузнецова (беспрецедентный по нашим временам случай. — К.П.). Было девять часов вечера, когда у самого дома его окликнули, затем Михаил получил сильный удар по голове чем-то тяжелым. В подъезде, где журналист попытался укрыться, его поджидал второй нападавший. И избиение было продолжено.        Нападавших было двое. Стандартная схема: амбалы в надвинутых на глаза вязаных шапочках, черных куртках и джинсах. Комарову удалось вырваться и позвать на помощь. Это, видимо, и спугнуло бандитов.        По утверждению соседей, Михаила Комарова ждали с утра — у подъезда весь день топтался бандитский «патруль» и шныряли какие-то подростки.        Врачи сообщили, что нашему журналисту нанесена серьезная травма, но сейчас в его состоянии «вроде бы наметились положительные сдвиги». Это означает, что кости и основание черепа целы — удар был скользящим. Но говорить о выписке пока рано: на рану наложены швы, необходимо провести дополнительные исследования, так что Михаил Комаров пролежит в больнице дней десять.        По мнению главного редактора «Новой газеты» в Рязани Алексея Фролова, версий случившегося как минимум две, и обе связаны с профессиональной деятельностью журналиста.                Михаил Комаров работает в отделе расследований выпуска «Новой газеты» в Рязани, стал известен по громким публикациям, в которых разоблачались местные чиновники и крупные бизнесмены. По числу исков этот рязанский журналист стал первым в области. И очень часто истцом был местный олигарх Кузнецов — владелец торгового центра, на территории которого делают, по мнению Комарова, незаконные пластические операции. Эти догадки Михаила как раз и подтвердил суд на своем заседании, состоявшемся в день покушения.        Алексей Фролов, правда, считает, что связывать на сто процентов нападение на журналиста только с этим расследованием нельзя ни в коем случае:        — По-моему, останавливаться на самой удобной версии недопустимо. Нужно рассматривать всю журналистскую деятельность Миши. Это порядка полутора десятков громких публикаций. В том числе по поводу коррумпированности чиновников, отвечающих за рязанский спорт. «Новая газета» вскрыла схему, по которой федеральные деньги, выделенные на детский футбол, оседали на счетах частных клубов. Я бы поставил именно эту версию на первое место. Тем более что хозяин одного из наших частных футбольных клубов уже угрожал Комарову через своего человека. Уж это я знаю достоверно.        На самом деле этот инцидент — далеко не первый в истории рязанского выпуска нашей газеты. Злоумышленники уже врывались в офис редакции, журналистам неоднократно поступали угрозы, на них возбуждались уголовные дела, было покушение и на главного редактора газеты Алексея Фролова. Во всех этих случаях виновных не нашли.        Сейчас в Рязани работает наша журналистская группа, которая начала независимое расследование всех обстоятельств покушения. Мы сделаем все возможное, чтобы наказать виновных. И требуем у правоохранительных органов, руководства области и полномочного представителя президента в Центральном округе уделить внимание попыткам криминальных структур оказать давление на средства массовой информации в Рязани и на нашу газету в частности.               Константин ПОЛЕСКОВ               Наш специальный корреспондент Анна Политковская передает из Рязани                3 ноября в 21.11 на пульт дежурного милиции Рязанской области позвонил истекающий кровью Михаил Комаров — заместитель главного редактора издания «Новая газета в Рязани». Михаил Комаров — журналист, специализирующийся в коррупционных расследованиях. Сейчас он находится в Рязанской областной клинической больнице с диагнозом: ушибленная рана головы и сотрясение мозга. 3 ноября Михаил возвращался домой, и около подъезда его дома по ул. Зубковой на него было совершено покушение двумя неизвестными мужчинами характерной наружности в черных вязаных шапочках. Михаил как раз в этот вечер выиграл суд у известного рязанского бизнесмена Сергея Кузнецова. Как сообщил начальник областного уголовного розыска полковник милиции Джансуг Мжаванадзе, главная версия следствия связана как раз с именем Сергея Кузнецова. Дело в том, что Михаил в течение нескольких лет своими журналистскими статьями боролся с незаконными методами ведения бизнеса именно этим рязанским предпринимателем. Ну, как сказал сам бизнесмен, когда он лично узнал, что случилось с Комаровым, то подумал, что «это Мишка сам себя побил».        5 ноября в 11.30 прокурор Октябрьского района Рязани Алексей Ратнер возбудил уголовное дело по факту нападения на Михаила Комарова по ст. 213 УК. И вот тут — заминка. Ст. 213 — это просто хулиганство, а не покушение на жизнь человека, спланированное и кем-то заказанное. Как сказал заместитель прокурора Октябрьского района Рязани Михаил Печников, переквалификация дела возможна, но все-таки сегодня следственные органы выбрали для себя формулировку «без мотивных действий неизвестных лиц». О ст. 119 — «Угроза убийством» — следственные органы речи вести не хотят. Мотивируя тем, «что у него ничего не украли».        5 ноября дело приняла к производству следователь милиции Октябрьского округа Елена Скрынникова. Как стало известно, ни одна из расследовательских статей Комарова до сих пор не приобщена к делу.        Журналистское сообщество Рязани пока реагирует крайне вяло. В единственной ежедневной газете «Рязанские ведомости» 5 ноября не появилось даже информационного сообщения о покушении. По поводу того, что произошло с их коллегой, правление регионального отделения Союза журналистов даже не собралось на экстренное заседание, несмотря на то, что такое покушение — чрезвычайное событие как для самой Рязани, так и для всей страны.        

www.novayagazeta.ru

СТОИТ ЛИ ЖУРНАЛИСТИКА ЖИЗНИ?

Что было в Рязани после 3 ноября — покушения на жизнь Михаила Комарова, заместителя главного редактора регионального выпуска «Новой газеты»? Стоит ли журналистика жизни? Всякий раз, когда случается что-либо подобное тому, что произошло...

Что было в Рязани после 3 ноября — покушения на жизнь Михаила Комарова, заместителя главного редактора регионального выпуска «Новой газеты»?                Стоит ли журналистика жизни? Всякий раз, когда случается что-либо подобное тому, что произошло вечером 3 ноября в Рязани — а в России покушения на журналистов не редкость, — мы, служители и рабы информации, задаем себе этот вопрос. Если плата за правду такова — быть может, лучше остановиться? И найти занятие с меньшими шансами на «очень крупные неприятности»? Как к этому отнесется общество, ради которого мы работаем? И вот дальше — каждый делает свой выбор.               ДОСЬЕ       3 ноября 2003 г., примерно в 21.04, в Рязани, у подъезда жилого дома № 26 по улице Зубковой, было совершено покушение на жизнь 30-летнего Михаила Комарова — заместителя главного редактора рязанского выпуска «Новой газеты». В этот час он как раз возвращался домой и получил удар тяжелым тупым предметом сзади по голове. Михаил Комаров — известный в Рязани журналист, в последние годы специализирующийся в жанре расследования, в том числе коммерческой деятельности местных олигархов.              Менты — убойная сила       Все спальные районы российских городов вечерами похожи друг на друга, как близнецы, — их роднит тьма, в которую они опускаются. Тут можно убить любого — незаметно и беспрепятственно, а потом скрыться. Никто и не пикнет.        4 ноября, еще не поздний вечер. Сутки после покушения — в окраинном рязанском районе Дашково-Песочное, как обычно, ни зги. Да и самого района будто бы нет — улица Зубковой, «бродвей», лишь ощущается, погруженная в темное полунебытие. Ты можешь только чувствовать, что где-то рядом жилье, но ты ничего не видишь. Все условия для успешного киллерства.        Движемся на ощупь. Поводырем служит Валентина Дмитриевна Комарова, ошарашенная случившимся мама Михаила. У нее два сына — младший, 20-летний, подающий надежды футболист Дима. И вот старший… «В бабушку нашу пошел, — говорит Валентина Дмитриевна, в голосе которой и гордость, и ужас. — Та тоже правдолюбка, ветеран войны, все борется до сих пор, хоть и 80 лет. Неуступчивая. И бессребреница. Миша такой же… Я его сколько раз просила: «Не надо, сынок, пусть ОНИ живут своей жизнью, а мы будем своей…». И на работе мне все время говорили: «Плохо ЭТО закончится…». Ну, пришли… Вот он — наш 14-й подъезд».        Как раз на этих ступеньках Михаила и поджидали двое в черных вязаных шапочках и кожанках — униформе отечественных киллеров. Соседи видели их — но, как это у нас водится, «не придали значения»: моя хата с краю, не меня бьют — значит, хорошо… Вот и лестница, по которой, оставляя кровавый след, на одной только воле, полз журналист, чтобы спастись. Так же, как накануне, все двери наглухо заперты — подъезд, приспособленный тоже для убийц: закоулки, ты сам себе и служба спасения, и вертикаль власти, и прокурор, и милиция.        Кстати, формально отделение — за углом. Дашково-Песочный филиал милиции Октябрьского округа Рязани собственной персоной. Между прочим, известный на весь мир. Тут, совсем поблизости — тоже в полной тьме, которая друг не только киллеров, но и ФСБ, — осенью 99-го Рязанское управление Федеральной службы безопасности проводило гексогеново-сахарные учения. Помните?        — Вы слышали, что у вас в районе вчера покушались на жизнь журналиста Михаила Комарова? — спрашиваю молоденьких милиционеров, опасливо выглядывающих из-за двери.        — Да. Видели сейчас по телевизору. (В «Вестях» — Прим. ред.)        — Наверное, у вас такое часто, раз вы так спокойны?        — Нет, впервые, — не дернув бровью, отвечает дежурный по отделению Виталий Вязков.        Раннее утро 5 ноября. По средам в Октябрьской окружной милиции — строевой смотр. Некоторые из сотрудников не пошли на него и курят на порожке, обсуждая покушение на Комарова.        — Нечего высовываться… — цедит женщина с «бычком». Остальные ее поддерживают.        Появляется начальство. И.о. начальника окружной милиции Александр Найденов и его заместитель Евгений Попков. «Ни слова не скажем», — таково их краткое совместное «коммюнике».        — Но ответьте ж хотя бы, уголовное дело возбуждено или нет? Уже 5-е ведь…        Полковник Найденов только что не рысцой убегает прочь, блуждая глазами бог знает где.        В чем же заминка? Казалось бы, все проще некуда: раз было нападение — значит, должно быть и дело… Может, странное это поведение милиции связано как раз с тем, что, согласно заявлению Михаила Комарова, главным подозреваемым заказчиком покушения журналист считает рязанского олигарха из первой десятки местных богачей — Сергея Кузнецова, владельца большого торгового центра и еще много чего, о незаконных методах ведения бизнеса которого Комаров писал очень часто?..        Любопытно, но в дальнейшем именно эта версия поведения милиции найдет свое полное подтверждение — придя на первый допрос к потерпевшему в отделение нейрохирургии областной клинической больницы, следователь Михаил Зотов, сопровождаемый полковником Найденовым, будет упорно интересоваться именно этими деталями: а почему Комаров привязался к Кузнецову? Не потому ли, — настаивал Зотов, — что сначала брал у него «черные» деньги за «хорошие» статьи, а потом, когда Кузнецов отказал, Комаров стал писать о Кузнецове «плохо» (версия Кузнецова)?.. Каждый, как известно, судит по себе. «Даете — мы за вас, не даете — против» — логика нашей милиции, от которой тошнотворно...        Время бежит к полудню. Правоохранители продолжают дружно шарахаться от работы — и при этом они явно не на стороне Комарова. Мы мечемся по Рязани, выбивая уголовное дело: от Октябрьской районной прокуратуры — в Рязанскую областную прокуратуру, оттуда — в Октябрьскую окружную милицию на улице Есенина. Наконец, прорвавшись в кабинет недовольного полковника Найденова, обнаруживаем там очень симпатичного грузина. Впоследствии он так сам о себе и скажет: «Грузин я, и потому не родился еще такой человек, который меня купит».        Это — начальник областного угрозыска полковник милиции Джансуг Мжаванадзе. Он торжественно сообщает, что 5 ноября в 11.30 уголовное дело возбуждено.        — Какая идет работа по главной версии, связанной с Кузнецовым? Приобщены ли к делу статьи Комарова? Его двухнедельной давности заявление в ФСБ об угрозах, которые он получал?        — О методах и способах раскрытия преступления я рассказывать не могу.        Естественно. Мы понимаем и продолжаем бег по Рязани только с одной целью — чтобы они не стали методами и способами закрытия преступления…               Кузнецов — отец всем       Олигарх дышал ровно. И был очень демократичен. Как и полагается финансовому донору губернатора.        — Да какой же я олигарх? — кокетливо восклицает Сергей Кузнецов, в прошлом секретарь райкома комсомола. Он излучает цивилизованность, добродушие и скромность. — Да я вчера пять тысяч долларов у тещи занял. Ведь все без остатка вкладываю в дело… Дома своего не имею. Мне бы давно пора уехать в Израиль — у меня мама Галина Абрамовна, а я тут борюсь за лучшую жизнь. Строитель я… По сути своей — созидатель. На бывшей городской помойке, где крысы бегали, торговый центр на 600 магазинов построил. Лучший в Рязани салон красоты открыл. Там прекрасный хирург Фоменко работает… Он моей жене грудь подрезал и мне родинки сводил… Все без исключения довольны! Мишка один недоволен. Пишет бесконечно, что пластические операции делались без лицензии… Да он просто сводит личные счеты со мной. А я в ответ учу Мишку, потому что он меня достал своими статьями. Я решил его проучить.        — Проучить? А вы знаете, что 3 ноября на него совершено покушение? Как раз после того, как он шел с очередного суда с вами?        — Не поверите — но только сейчас узнал. Прямо перед нашей встречей. — Олигарх вызывает начальника своей службы безопасности, крепкого парня в черной кожанке. — Ты был в больнице?        Начальник подробно рассказывает, что ему доложила врач о состоянии здоровья Комарова после покушения.        — Вам не кажется странным, что врач все это выложила вашему Вадиму? Разгласила медицинскую тайну?        Кузнецов, довольный произведенным эффектом, по-барски улыбается:        — Какие уж тайны… Я сам в той же нейрохирургии лежал, когда меня подорвали гранатой. А Мишку еще учить и учить…        — То есть вы воспитываете Комарова? Но почему вы считаете возможным вести себя с ним, как отец?        — А я всем тут отец. И мне кажется, эффект есть — Комаров уже стал думать, что пишет, взвешивает слова… Я лично очень люблю «Новую газету», а за Мишку вы не беспокойтесь — его уже много раз били по голове… За то, что он уступать не умеет.        Расстаемся ни с чем.               Прокурор       После 15 часов заместитель прокурора области, начальник ее следственного управления Виктор Огнев сообщает ошеломляющую новость: оказывается, уголовное дело возбуждено еще накануне, в 19.10 4 ноября, а вовсе не 5-го в 11.30, как уверял всего пару часов назад полковник Мжаванадзе.        — Но в милиции говорят совсем другое… Кому верить?        — Они просто не знали об этом. — Виктор Иванович невозмутимо перебирает бумаги в папке, и даже невооруженным глазом можно видеть, что там два постановления о возбуждении одного и того же дела. — Мы оперативно вмешались, чтобы все было эффективней. Сначала назначили молодого следователя Скрынникову, теперь, по моей просьбе, будет вести дело более опытный сотрудник. (Тот самый Михаил Зотов — «защитник Кузнецова» перед Комаровым. — А.П.) Сейчас вот пойдет обо всем спецдонесение в Генпрокуратуру в Москву. Нерядовое дело, согласитесь… Мы укладываемся в сроки, определенные УПК.        — А почему все-таки избранная статья УК — это просто «хулиганство»?        — Потому что его не убили и не ограбили. Потому что намерения убить не было.        — А почему вы в этом так уверены? Вы знаете, кто — носитель этих намерений?        — Мы знаем: если бы хотели, то убили. А здесь лишь попугали. Речь пойдет о легких телесных повреждениях с кратковременным расстройством здоровья.        — Но ведь он еще даже не вылечился!        — Извините, но в УК нет статьи «избиение журналиста»… — Виктор Иванович хитро улыбается.               Мама       Опять приходит вечер. На узкой койке типовой нищей российской больницы лежит Миша, бледный и с перевязанной головой. Мама притащила все лекарства, бинты и шприцы — в нейрохирургии вообще ничего нет. Включая врачей и медсестер в вечернее время — слава богу, Валентина Дмитриевна сама медсестра. Комаров вещает перед соседями о сути демократии, работы СМИ и необходимости непримиримой борьбы с коррупцией, которая мешает нам жить, — соседи слушают молча, и лица их кажутся подавленными. То ли их собственными хворями, то ли неверием в победу демократии и смысл усилий, о которых говорит наш Миша. Валентина Дмитриевна увещевает сына, присев на краешек соседней койки:        — Да, я все понимаю и не против того, чтобы ты был журналистом, но все-таки осторожнее…        — Нельзя сдаваться, мама, — отвечает Михаил со страстью не знающего компромиссов борца за правое дело. Конечно же, сейчас у него посттравматическая эйфория, он готов к худшему, его ничего не пугает. — Пусть ОНИ боятся каждую неделю, что мы о них напишем. А не мы ИХ.        — Что дальше делать будете, Миша? — спрашиваю на прощание.        — Статьи писать, — отвечает неуступчивый Комаров.        …Так стоит ли журналистика жизни? И какой выбор делает каждый из нас?        Каждое следующее покушение на журналиста, совершенное в стране — а они уже традиционно остаются не раскрытыми, — неуклонно уменьшает число людей, занятых журналистикой как средством борьбы за справедливость. Потому что очень высок риск и не всякий может выдержать высоковольтное напряжение, сопутствующее этому типу работы. Пропорционально этому уменьшению увеличивается число тех, кто предпочитает облегченный журнализм, не влезающий туда, куда не просят. Облегченные СМИ имеют дело с облегченной публикой, характерной чертой которой является готовность к согласию со всем, что ей предлагают. Чем больше первых, тем монолитнее пласт вторых — увы. И тем меньше у общества шансов заметить неладное вокруг.        Сейчас, в последние месяцы, ситуация резко ухудшается. Кажется, еще чуть-чуть — и власть (олигархи, ФСБ, исполнительная вертикаль) не станет дышать нам в затылок, потому что она добьется своего: желающих менять свою жизнь на правду о чужой жизни не останется. Отсутствие спроса предложений не рождает.        

www.novayagazeta.ru

О рязанском пиаре на крови Кашина: tverdyi_znak

Всё забывал написать...После избиения Кашина рязанские журналисты устроили акцию

Во вторник, 9 ноября, в Рязани на улице Соборной состоялась акция в поддержку избитого неизвестными корреспондента «Коммерсанта» Олега Кашина. Около десятка человек, среди которых были журналисты и гражданские активисты, с 18.30 до 19.00 одновременно стояли в одиночных пикетах.Каждый из них держал плакат, призывающий обратить внимание на проблему безопасности российских журналистов: «О.Кашин – в коме. М.Бекетов – инвалид. В.Листьев, П.Хлебников и А.Политковская убиты. Кто следующий?», «6 ноября в Москве был жестоко избит журналист «Коммерсанта» Олег Кашин. Я требую найти исполнителей и заказчиков нападения!», «Необходимо положить конец безнаказанности преступлений против журналистов!», «Необходимо остановить расправы над журналистами!», «Власть провоцирует насилие!» и др.Также во время пикетов были собраны 15 подписей рязанских журналистов под обращением к Президенту России Д.А. Медведеву, инициированным интернет-изданием OpenSpace.Ru. В тексте обращения содержится просьба обеспечить тщательный контроль за расследованием дела Кашина. Под ним уже подписались несколько сотен человек, в том числе главные редакторы ведущих российских изданий и известные общественные деятели.(отсюда)

Вроде бы и демонстрация "журналистской солидарности, но почему-то противно. Особенно, если вспомнит ь кое-что из рязанской жизни...Вот держит Мария Середа плакатик «6 ноября в Москве был жестоко избит журналист «Коммерсанта» Олег Кашин. Я требую найти исполнителей и заказчиков нападения!»Интересно, она всерьез думает, что если в Рязани ножкой не топнет, не потребует, то московская милиция и искать не будет?  Она бы еще устроила демонстрацию с требованием, чтобы пошел снег.  И ведь вроде бы не блондинка...И как-то странновато выглядят лозунги у пикетчиков, что "Власть провоцирует насилие", особенно если учесть, что за три дня до избиения Кашин писал резко о "несогласных" в статье Площадь ритуальных услуг

Этот могучий старик мог и обидеться...

Так что неизвестно еще, кто там на самом деле виноват в избиении Кашина...

Кашин: Грохнувшие меня будут обвинять в этом власть

Почему-то неприятное ощущение от сообщения о рязанском пикете остается. Где же все эти пламенные пикетчики были, когда в Рязани избивали журналиста Михаила Фильчака? Михаила Комарова? Дмитрия Флорина?Впрочем, в журналистской среде ходили разговоры, что Фильчака избили, мягко говоря, не по политическим причинам, не за профессиональную деятельность... ну, кто в курсе, что представляет из себя Фильчак - тот понимает...Много шума было по поводу "избиения рязанского журналиста Михаила Комарова". Тогда даже Политковская в Рязань приезжала, навещала избитого журналиста. Правда, вряд ли Анна Степановна читала статьи Комарова. Его произведения пользуются в Рязани весьма специфической известностью...Пару лет назад был жестоко избит в городском парке рязанский журналист Дмитрий Флорин. Тогда не то что пикетов не было, но и в рязанских газетах, кажется, ни строчки. Но это еще полбеды, а вот когда на рязанском форуме "Новые люди", где тусовались многие рязанские журналисты, кто-то еще и издеваться над избитым стал - это было и вовсе омерзительно. Аноним спрятался под ником, но догадываюсь, что это был тот тип, который называл себя другом Димы... Коллеги, блин!

Я бы понял, если бы рязанские журналисты поехали в Москву и сдали кровь для Кашина, что-то полезное пытались сделать. Но...Зато на пикет по поводу Кашина "рязанские журналисты" явились - правда, далеко не всем известные. Похоже на то, что пикетчики сделали себе просто пиар. На чужой крови.Впрочем, наверное польза от этих пикетов будет. Самим пикетчикам. Типа, получат какой-нибудь грантик - например, от "Евразии"...

Но вот досада - почему-то в блогах и на форумах частенько после избиения Кашина попадаются резкие и раздраженные высказывания о том, что журналисты вконец оборзели, что эта публика думает только о себе, из-за каждого избитого журналиста подымается неимоверный шум, а до простых людей, избитых и ограбленных, никому нет дела...Цитировать подробнее не буду, ибо зачастую о журналистах - просто матом.Пишут, что в тот же день на Кубани 12 человек в одном доме УБИЛИ, а журналистско-"несогласная" братия истерила в это время про Кашина... Простые люди их не интересуют. Кашин-то жить будет, а зарезанные на Кубани - уже нет. А там четверо (!) детей было. Попробуйте, представьте Олега Кашина ребенком. Убитым. Может так жальче этого ребенка, хотя бы одного из четверых станет?

Кстати, пока пикетчики тусовались, московская милиция работала:Для раскрытия нападения на журналиста газеты «Коммерсант» Олега Кашина создана следственно-оперативная группа, в которую вошли лучшие сыщики московского уголовного розыска. Передовая общественность бурлит, а милиция тем временем сбилась с ног. Ажиотаж в СМИ, нервотрепка, постоянное дерганье из самых высоких кабинетов вряд ли способствуют работе милиции.

Выступающий на заседании руководитель СКП по Москве Вадим Яковенко сообщил, что по делу о нападении на Олега Кашина уже допрошено более 30 свидетелей.Накануне заместитель начальника московского уголовного розыска Андрей Храпов рапортовал министру внутренних дел РФ Рашиду Нургалиеву, что пока не удалось выйти на след напавших на журналиста. "Никто ничего не видел, кто бы мог прояснить что-то существенное, представляющее интерес для нас", — сообщил он. По словам Храпова, милиция изучает записи с камер видеонаблюдения, установленных в метро. Уже изъяты материалы с 13 камер видеонаблюдения, которые могли зафиксировать нападение на журналиста, и опрошены 44 дворника, работающих в районе нападения. Кроме того, милиция ищет таксиста, подвозившего Кашина к дому. Оперативники не исключают, что у двоих преступников, которые избивали журналиста, был сообщник, координировавший их действия, сообщили 9 ноября "РИА Новости" в правоохранительных органах.

11 ноября.В деле об избиении журналиста газеты "Коммерсант" Олега Кашина в третий раз за четыре дня сменилась следственная бригада. 10 ноября было объявлено, что следственную группу возглавит начальник 1-го отдела по расследованию особо важных дел московского следственного управления Следственного комитета РФ Ирина Кырчанова. В СК ее характеризовали как "легендарного следователя". Однако теперь стало известно, что дело передали в Главное следственное управление СК. Следственную группу возглавил начальник управления по расследованию особо важных дел о преступлениях против личности и общественной безопасности Павел Барковский.

15 ноября. Председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин определился с руководителем следственной бригады Главного следственного управления ведомства, которая будет проводить дальнейшее расследование уголовного дела о покушении на журналиста "Коммерсанта" Олега Кашина. Им стал Сергей Голкин, ранее возглавлявший следствие по целому ряду резонансных дел, в частности об убийствах главного редактора русской версии Forbes Пола Хлебникова и обозревателя "Новой газеты" Анны Политковской.О своем решении глава Следственного комитета(СК) РФ Александр Бастрыкин уведомил подчиненных в минувшую пятницу на оперативном совещании штаба по расследованию покушения на журналиста Олега Кашина. В совещании участвовали сотрудники 1-го отдела по расследованию особо важных дел следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ по Москве и оперативники 3-го отдела (по резонансным преступлениям) Московского уголовного розыска. Господин Бастрыкин официально подтвердил, что уголовное дело о нападении на Олега Кашина передано в Главное следственное управление (ГСУ) СКП РФ, при этом все материалы расследования, уже собранные следователями, должны быть подготовлены для передачи на более высокий уровень в ближайшую среду.Назначенный руководителем следственной бригады по делу Кашина Сергей Голкин также побывал в пятницу в 1-м отделе московского следственного управления — чтобы до предстоящей среды успеть ознакомиться с несколькими томами дела и подготовить план работы для новой следственной бригады, которая будет состоять из следователей ГСУ СКП, 1-го отдела столичного управления и следственного отдела Центрального округа Москвы (они на разных этапах занимались этим расследованием).

Что ж, одни работают, а другие - ходят по пикетам. Муха, сидя на спине у вола, говорила: "МЫ пахали!"Однако муха не додумалась устраивать пикеты с требованием: "Ленивый вол, работай!"

tverdyi-znak.livejournal.com


Смотрите также