Виталий Комар: «Я концептуальный эклектик». Картины виталий комар


Виталий Комар: «Я концептуальный эклектик» | The Art Newspaper Russia — новости искусства

Соц-арт, как известно, был придуман двумя людьми, Виталием Комаром и Александром Меламидом, еще в 1970‑е годы. С тех пор много воды утекло, изменились целые страны, а соц-арт, ставший одним из самых важных и авторитетных художественных стилей конца ХХ века, жив, целехонек, и ничего ему не делается. Воспользовавшись как поводом выставкой, на которой Виталий Комар (с 2003 года художник работает без Меламида) показывает цикл Аллегории Правосудия (Allegories of Justice), TANR расспросила классика о жизни в иммиграции, одиночном плавании по миру искусства, его старых и новых проектах.

«В мастерской у меня нет ни Интернета, ни кухни. Когда я там живу, то не готовлю, выхожу в кафе или в один из ресторанчиков»

Один художник мне рассказывал о том, что перед своим отъездом на Запад вы разрезали картину, являющуюся копией работы Роя Лихтенштейна, на несколько частей и раздали людям, которые были на вашей отвальной, с тем чтобы потом собрать эту картину — если, конечно, случится встретиться вновь.

Боюсь, что память подводит вашего художника. Серия, в которую входили версии работ американских попартистов, называлась Постарт (1973–1974). Концепция ее заключалась в показе знаменитых картин современных художников такими, какими они станут выглядеть в будущем, после природных и атомных катастроф и работы реставраторов. Своего рода «помпейские фрески» — современность, ставшая древностью.

Сделанные в размер оригинала версии были не разрезаны (!), а обожжены паяльной лампой для газовой сварки и затем покрыты темным лаком с микрокракелюрами и патиной времени. Эти работы вместе с другими работами соц-арта и концептуальной эклектики были вывезены на Запад и в начале 1976 года выставлены в галерее Фельдмана, почти за два года до моего отъезда. Также версию работ Лихтенштейна и Уорхола я выставлял после Бульдозерной выставки, в том же 1974 году, на разрешенном властями однодневном показе картин неофициального искусства в Измайловском парке.

Виталий КомарСоветско-американский художник

До 2003 работал в соавторстве с Александром Меламидом. Дуэт Комар и Меламид считается основателем направления «соц-арт» Год рождения 1943 Образование Московское высшее художественно-промышленное училище (б. Строгановское)1974 участвовал в Бульдозерной выставке, на которой был уничтожен Двойной автопортрет, написанный им в соавторстве с Александром Меламидом1978 эмигрировал сначала в Израиль, затем в США. Сотрудничает с Галереей Рональда Фельдмана, Нью-Йорк. Более 60 персональных выставок и ретроспектив. Работы находятся в Государственной Третьяковской галерее, Москва; Государственном Русском музее, Санкт-Петербург; Музее современного искусства, Нью-Йорк; Метрополитен-музее, Нью-Йорк; Музее Соломона Гуггенхайма, Нью-Йорк; Музее современного искусства, Сан-Франциско; Музее Виктории и Альберта, Лондон; Стеделейк-музее, Амстердам; Музее Людвига, Кельн; Музее Израиля, Иерусалим; Национальной галерее, Канберра, и во многих других.

Понятие «неофициальное искусство» возникло ведь именно после этой выставки?

Ровно наоборот. После Бульдозерной выставки, начиная с 1975 года, 40 лет назад, «неофициальное» искусство Советской России приобрело своего рода «официальный» статус. Как вы знаете, со стилистической точки зрения соединение «официального» и «неофициального» было инновацией нашего соц-арта.

Понятия «неофициальное», «подпольное» или «нонконформистское» субъективны и многозначны. Более бесспорным для историка искусства является термин хронологический, а именно «послевоенный авангард» (70 лет). Понятие «послевоенный авангард» прижилось и признано повсеместно, однако интересно, что возник он в странах Восточной Европы, изначально в Югославии.

Какой вам запомнилась Бульдозерная выставка?

Она стала драматической кульминацией истории искусства не только Москвы, но и всего послевоенного авангарда. Когда я увидел бульдозеры, я окаменел. Как во сне я смотрел на цензоров в штатском, которые ломали наши работы, били и арестовывали тех, кто оказывал им сопротивление. Но, когда они толкнули меня лицом в осеннюю грязь и стали вырывать из моих рук мой Двойной автопортрет с Меламидом в виде Ленина и Сталина, страх исчез. До этого они уже исковеркали несколько работ нашего соц-арта, но этот автопортрет был мне особенно близок. В тот момент, когда один из них наступил ногой на оргалит и хотел сломать его, я представил себя не в виде Ленина или Сталина, а в виде Толстого или Ганди. Я поднял голову и тихо, с доверительной интонацией, сказал: «Ты что? Ведь это шедевр!» Наши глаза встретились, и между нами возник какой-то необъяснимый, «иной» контакт. Ожесточение сошло с его лица. Может быть, при слове «шедевр» он вспомнил что-то важное, но давно забытое? Не знаю. Но эту работу он не сломал, а просто бросил в кузов грузового автомобиля. Он выполнил приказ не допустить выставку не без лишнего усердия.

Минутой позже, все еще лежа в грязи, я проводил глазами удаляющийся в историю грузовик с мусором, и неожиданно глупая улыбка расплылась на моем лице. Может быть, это был мой звездный час? Может, каждый художник втайне или неосознанно мечтает о такой уникальной реакции зрителя?

Как был придуман соц-арт

Знакомая жены Меламида нашла для нас возможность заработать, достала заказ на юбилейное оформление пионерского лагеря. Начали в декабре 1971-го. Стоял жуткий мороз. Мы работали и жили в дощатом летнем клубе. В щели задувал ледяной ветер. Согревали нас два электрических рефлектора, водка и надежды на гонорар.

В один незабываемый вечер, согреваясь всеми этими способами, мы сидели за столом, ругали себя и каялись: вот и мы стали халтурщиками, из-за денег работаем и мерзнем, как продажные собаки... А что, если в каждом из нас скрывается такой чудак-художник, который мог бы делать это вдохновенно и искренне? Наверное, такой гений писал бы советские лозунги и цитаты как свой идеал, как крик души. Изображал бы родных, жену и детей в официальном стиле вождей и героев.

Засыпая, я думал: «Нет, этого не может быть!» Утром я понял: то, что мы нашли, — это не просто новый персонаж, это «персонаж-течение». А два человека — это уже течение. Вот мы и начали обсуждать его имя.

Вы помните, как уезжали из СССР? Много ли удалось вывезти картин?

Подробностей вывоза я не знаю, никогда этим не интересовался, так как с нашего согласия этим занимались отъезжавшие на Запад друзья наших друзей. Помню только, что одно не натянутое на подрамник полотно состояло из цветных точек и было разрешено к вывозу как скатерть.

Почему распался ваш дуэт с Меламидом?

Причины нашего с Аликом начала индивидуальной работы были разные: психологические, материалистические, идеалистические и так далее. Со временем некоторые субъективные причины стали казаться более важными, а другие — более эфемерными и символическими.

Проявления инстинкта саморазрушения — одна из самых больших загадок. Именно он заставляет китов выбрасываться на берег, альтруистов — идти на смерть, защищая родных и близких, или принимать смертные муки во имя идеи, но одновременно этот же инстинкт может превратить людей в безнадежно эгоистических алкоголиков и наркоманов. До Захер-Мазоха и до авангардных попыток разрушить старые профессиональные суеверия психологи фокусировались только на двух основных инстинктах — самосохранения и размножения.

Предшественники авангарда, русские нигилисты видели в Пушкине старомодного врага и не увидели самих себя в строчках из Пира во время чумы: «Все, все, что гибелью грозит, / Для сердца смертного таит / Неизъяснимы наслажденья…»

Инстинкт саморазрушения свойственен не только романтикам?

Вспомните крайне авангардный жест позднего Марселя Дюшана — декларирование «права художника ничего не делать». Подобная концепция может дать художнику ощущение эфемерной свободы, независимости от своего «бренда», от коммерческого диктата художественного рынка.

Смерть автора не означает его «развала». «Комар и Меламид» остались в истории искусства. Остался «бесконечный конец» нашего соавторства. Осталась легенда. Остались работы. Но, кроме этого, каждый из нас получил невероятную возможность прожить еще одну жизнь.

Вы пошли на этот разрыв несмотря на то, что разрушили бренд, убили курицу, несущую золотые яйца.

Увы, в своем одиночестве я не одинок. «Комар и Меламид» всегда со мной. Очевидно, смерть нашей курицы стала нашей реинкарнацией. Я продолжаю работать в соавторстве с историей искусства. А что касается золотых яиц — неожиданно они стали дороже.

Как вам работается в одиночестве?

Я понимаю соавторство максимально широко и метафорично. После появления «параллельного мира искусства», после массового распространения репродукций, стало невозможно работать «не в соавторстве». Но авторский нарциссизм поддерживает иллюзию собственной исключительности и блокирует признание очевидных влияний.

С другой стороны, нужно, наоборот, спрашивать, каково это — работать вдвоем?

Однажды очень талантливый молодой художник показывал мне свои холсты. Когда я спросил: «Кого вы считаете своим соавтором?» — он удивился и ответил: «Никого! Таких не было и нет!» — «А мне кажется, — сказал я, — что вы работаете в соавторстве с абстрактными экспрессионистами, например с де Кунингом». Он обиделся: «Наверное, в России вы не знали, что де Кунинг давно умер!» Мне пришлось объяснять ему, что я считаю высшей формой соавторства участие в том или ином исторически сложившемся, коллективном стиле, независимо от того, кто из них и как давно умер или продолжает жить…

Как у вас устроен творческий процесс?

Я ночую в мастерской в тех случаях, когда хочу продолжать уже начатую работу ранним утром, почти сразу после того, как проснусь. Дома я делаю (как правило, на бумаге) небольшие подготовительные эскизы к работам и тексты, а в мастерской избранные мною эскизы увеличиваю (на холсте или дереве) и там же продолжаю и заканчиваю. В мастерской у меня нет ни Интернета, ни кухни. Когда я там живу, то не готовлю, выхожу в кафе или в один из ресторанчиков. Иногда я работаю над эскизами бóльшую часть своего времени. Раньше я их никому не показывал, но в последнее время стал выставлять и эскизы.

Из цикла Аллегория Правосудия. 2014–2015

Какая тема у вас сейчас в разработке?

Я заканчиваю серию новых работ Аллегории Правосудия (Allegories of Justice) в нью-йоркской галерее Рональда Фельдмана. Я выставляюсь у него с 1976 года (почти 40 лет)…

Переход от одной работы к другой — это удивительно волнующее приключение. Я не спешу, получаю удовольствие от процесса. Года три назад я начал серию Аллегории Правосудия. Атрибуты аллегорий связаны с визуальными символами, эмблемами и, шире, знаками.

Один из древних европейских атрибутов правосудия — весы. Меня очень увлекла идея соединить образ весов с восточным символом инь и ян. Получился новый символ евразийской эклектики.

Идея и образ этих работ — в двойственном видении мирового баланса. Нарушение этого баланса я вижу в образах хаоса — как природного, так и социального. В моих Аллегориях Правосудия образ гибрида весов и инь и ян — это символ вселенского баланса, и в природном, и в социальном космосе. Западная эмблема правосудия, весы, впервые соединяется с восточным символом инь и ян. Этот концептуальный «диптих» становится «триптихом», когда в разных работах в роли олицетворения правосудия показаны медведи, бабочки, кот, олень (Актеон), Уроборос, птицы и так далее.

Что такое для вас быть современным?

Откровенно говоря, я не понимаю смысла слов «быть современным» вне контекста. Вопрос производит впечатление незаконченной фразы. Быть современным кем? Современным журналистом? Современным историком искусства? Современным зрителем? Современным мужчиной? Современным европейцем? Азиатом? Евразийцем? Христианином? Евреем? Эклектиком? Гражданином России? Американцем? Русским американцем? Просто современным человеком?

Галерея Рональда Фельдмана

Знаменитая нью-йоркская галерея была основана в ноябре 1971 года Рональдом и Фрейдой Фельдман на пересечении 33-й и 74-й улиц. Через десять лет, значительно расширившись, галерея переехала в Сохо. Художники галереи участвовали в более чем 2 тыс. национальных и международных выставок. Галерея Фельдмана показывает современную живопись, скульптуру, установки, рисунки, печатные издания и перформансы, являясь одним из наиболее последовательных пропагандистов и проводников русского искусства. Среди художников, с которыми сотрудничает галерея Фельдмана, — Виталий Комар, содружество «Комар и Меламид», Александр Бродский (в одиночестве и в соавторстве с Ильей Уткиным). Здесь выставлялись Вагрич Бахчанян, Йозеф Бойс, Марсель Дюшан, Илья Кабаков, Энди Уорхол. В этом сезоне в галерее прошла большая выставка Роя Лихтенштейна.

Любой человек, художник он или нет, совпадает со своим временем или не совпадает. Время, в котором мы живем, может нравиться, а может приносить дискомфорт и желание из него выпасть, как это сейчас делает вся наша страна. Я задаю этот вопрос вам как актуальному художнику, так как, во‑первых, художники опережают время, формируя ментальные образы и структуры, а во‑вторых, в деятельности своей художники должны соответствовать логике момента, постоянно проверяя себя, современное ли они делают искусство.

Я люблю думать, что иногда изображение предшествует слову, может обогащать словарь новым словом. В первобытной древности некоторые изображения на камне или песке могли стать объектами называния, причиной возникновения новых слов, которых до этого в языке не было. Например, изображение треугольника могло предшествовать слову «треугольник». Так мы вступаем в безнадежную бездну семантики, начинаем говорить о переводе языка визуального на наш с вами родной язык, «великий и могучий», печатный и непечатный.

В 1973 году я работал над многостилевым полиптихом Биография современника. Когда я увидел перевод названия в ArtNews, я достал словарь и задумался. В английском слово «contemporary» не созвучно слову «time». Поэтические созвучия сильно влияют на восприятие смысла. Вероятно, быть современным художником или писателем без английского так же затруднительно, как во времена раннего Средневековья быть богословом без греческого или латыни. И шире — без хорошего знания истории разных стран и народов.

Желание совпадать (или не совпадать) со своим временем — важная мотивация для творческого человека. Попытки понять причины своей любви к искусству приводили меня в разное время к разным представлениям. Причем все они не заменяли друг друга, а сосуществовали и сосуществуют. Мой соц-арт быстро стал частью концептуальной эклектики. Я концептуальный эклектик. В детстве я любил вспоминать и изображать свои сны. Диптих времени сна и времени бодрствования был моим первым шагом к эклектике.

В юности я открыл Фрейда и увлекся его интерпретацией мотивов творчества. Позднее я открыл для себя Юнга, затем Фромма и Лакана. Все эти разные видения мотивов творчества сосуществуют в моей голове, как разные овощи в миске с салатом. Может быть, это и есть отражение нашего времени? Мы перестали видеть принципиальную разницу между синтезом и эклектикой.

Кто вам ближе со своими теориями: Фрейд, Юнг или Лакан?

В моей «миске с салатом» перемешаны либидо Фрейда, архетипы Юнга, социальное Фромма, язык Лакана и язык с хреном. Концептуальная эклектика — миролюбивое смешение правильного и неправильного.

Один из моих самых любимых ваших проектов — эпохальный «Выбор народа».

Идея проекта Выбор народа вполне соц-артистская. С самого начала в своих застольных беседах мы с Аликом часто возвращались к главной идее соцреализма: «Искусство должно служить народным массам, а не декадентским вкусам буржуазной элиты». Например, министр культуры мог говорить: «Товарищ Сталин, массы хотят видеть ваши портреты!» И товарищ Сталин не спорил и только добавлял, что и другие достойные советские герои тоже заслуживают быть изображенными. Но как мы можем это проверить? Какую картину хотят видеть массы? В СССР правдивая статистика была государственной тайной.

И только в Нью-Йорке мы узнали о существовании на Западе общедоступных компаний и центров опросов общественного мнения, которые за известную плату научными методами проводят общенациональные опросы на любые темы. Нам оставалось только найти спонсоров и вместе с ними составить опросник на тему «Какую картину хочет видеть большинство населения?». Вопросов было много: ваш любимый цвет, формат, стиль, жанр? Вплоть до таких: как часто вы бываете в музеях и на выставках? хотели бы вы, чтобы ваш сын или дочь стали мужем или женой художника? По результатам верхних цифр (вкус большинства) мы делали детальный эскиз «наиболее желанной картины», а по нижним цифрам (вкус меньшинства) — эскиз «наименее желанной». Сделать оригиналы по нашим эскизам мы поручали художникам той страны, в которой проводился тот или иной опрос.

Интересно, что Выбор народа в США и в РФ был весьма сходен: «наиболее желанная» картина — пейзаж с преобладанием голубого неба и голубой воды, а «наименее желанная» — абстракция с остроугольными геометрическими фигурами с преобладанием оранжевого цвета.

После того как мы с Аликом начали работать индивидуально, одним из моих первых проектов стал Мой выбор. Я ответил сам себе на все вопросы вопросника и в результате получилась эклектика — как из пейзажа, так и из геометрических фигур. «Наиболее желанная» народами картина совместилась у меня с «наименее желанной». На Московской биеннале 2005 года этот полиптих выставлялся в галерее Марата Гельмана.

Есть ли у вас планы выставиться в Москве?

Да, 24 марта откроется групповая выставка Современники будущего. Еврейские художники в русском авангарде в Центре толерантности при Еврейском музее, где будут и мои работы из российских коллекций. Об этом мне сказал один из кураторов выставки Иосиф Бакштейн.

www.theartnewspaper.ru

10 самых известных картин современности – Евгения Пруслина – Блог – Сноб

3 августа на «Универсариуме» стартует бесплатный курс «Современное русское искусство» Несмотря на…

3 августа на «Универсариуме» стартует  бесплатный курс «Современное русское искусство»

Несмотря на всю критику и непонимание современного русского искусства, оно все же существует, пусть даже и в весьма фрагментарном виде. Произведения русских художников неизменно попадают в число «голубых фишек» - картины красуются на стенах Лувра и Метрополитана и продаются на мировых аукционных за миллионы фунтов стерлингов. Кто же они - современные русские художники - гении своего времени или жертвы моды? 

«Встреча Солженицына и Бёлля на даче у Ростроповича»,

Виталий Комар и Александр Меламид

Создатели соц-арта — ернического направления в неофициальном искусстве, пародирующего символику и приемы официоза. С 1978 года живут в Нью-Йорке. До середины 2000-х работали в паре. В качестве арт-проекта организовали «продажу душ» известных художников через аукцион (душа Энди Уорхола с тех пор в собственности московской художницы Алены Кирцовой). Их работы находятся в собраниях МоMA, Музея Гуггенхайма, Метрополитен-музея, Лувра, в коллекциях Шалвы Бреуса, Дарьи Жуковой и Романа Абрамовича и др.

«Незаконченный пасьянс»,

Владимир Немухин

Классик второй волны русского авангарда, участник «лианозовской группы», один из участников Бульдозерной выставки, куратор важных выставок 1980-х, когда неофициальное советское искусство только-только осознавало себя. Абсолютный же аукционный рекорд для творчества Немухина был установлен в 2006 году на Sotheby’s -  холст «Незаконченный пасьянс» 1966 года ушел аукционному бойцу за 240 тысяч долларов.

«Город и луна»

Оскар Рабин 

Оскар Рабин – представитель традиционного экспрессионизма, продолжающий стилистическую линию 1930-х годов. Больше всего ценятся его работы, написанные до отъезда из России. Самые известные его картины отражают советский быт: на них можно увидеть газету «Правда», рубль и бутылку «Столичной». Средняя цена на его картины – порядка 200–300 тыс. евро. Работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, Московского музея современного искусства, Музея Циммерли Ратгерского университета.

1949«Солдаты» (из серии «Вокзалы»),

Семен Файбисович

Художник-фотореалист, остающийся наиточнейшим реалистом и сейчас, когда живопись увлекает Семена Натановича менее публицистики. Выставлялся на Малой Грузинской, где в 1985 году был замечен нью-йоркскими дилерами и коллекционерами. С 1987 года регулярно экспонируется в США и Западной Европе. Активный сторонник отмены закона о пропаганде гомосексуализма в России. Работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Московского дома фотографии, музеев Германии, Польши, США.

«Perdo-K-62M»,

Костя Звездочетов

Исследователь и ценитель визуального в советской низовой культуре. В молодости участник группы «Мухомор», называвшей себя «отцами «новой волны » в Советском Союзе», а с наступлением творческой зрелости - участник Венецианской биеннале и кассельской Documenta. Работу Звездочетова "Пердо-K-62М" аукцион MacDougall's сумел продать за 92,4 тысячи фунтов в 2008 году.

 «Жук»,

Илья Кабаков

Илья Кабаков издавна фигурирует в искусствоведческих летописях как классик московского концептуализма и слывет едва ли не главным представителем современной русской живописи на Западе. Этот художник занял эксклюзивную нишу «советского гения», мастера, способного показать реальность через призму совершенно особого социального и эстетического опыта. Цены на его картины нередко достигают 500 тыс. евро и более. Хрестоматийный ценовой рекорд, связанный с именем Кабакова, – картина «Жук», написанная в 1982-м и проданная в 2008-м на аукционе Philips de Pury & Co почти за 6 млн долларов.

Слава КПСС,

Эрик Булатов 

Эрик Булатов - также один ведущих московских концептуалистов. Используя приемы, что назовут позже соц-артом, соединил в работах фигуративную живопись с текстом. Визитная карточка художника — лаконичные надписи, бегущие по большинству самых известных его работ. Хрестоматийная "Слава КПСС" — наглядный пример. На голубом небе с пушистыми облаками клеймом отпечаталась соответствующая красная фраза. Небо — символ естественной свободы человека. Советский лозунг, что очевидно, символизирует твердую длань тоталитарной власти. Первый русский художник с персональной выставкой в Центре Помпиду. Работы хранятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, Центра Помпиду, Музея Людвига в Кельне и др.

«Триптих со змеей»,

Виктор Пивоваров

Один из основоположников московского концептуализма. Как и Кабаков, изобретатель жанра концептуалистского альбома. Произведения находятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, ГМИИ им. А. С. Пушкина, Kolodzei Art Foundation (США), в коллекциях Владимира и Екатерины Семенихиных, Игоря Цуканова.

«Пять лиц»,

Олег Целков 

Олег Целков — один из родоначальников движения художников-нонконформистов. Этот своеобразный мастер, ошеломляющий зрителей режущими глаз красками, обычно использует всего лишь два-три цвета, а нередко создающий огромные композиции, заполненные только одной огнедышащей, чаще всего красной, краской. «Олег Целков - самый выдающийся русский художник - нонконформист всего послевоенного периода",- сказал о нем нобелевский лауреат Иосиф Бродский.

«Ночная тренировка»,

Александр Виноградов и Владимир Дубосарский

Живописный проект картины на заказ, начатый ими в безнадежные для живописи 1990-е годы, получил по заслугам в 2000-е. Дуэт стал популярен у коллекционеров, а одна картина попала в коллекцию Центра Помпиду. "Ночная тренировка" была продана в 2007 году на аукционе Phillips de Pury за 132 тысячи фунтов.

Я приглашаю вас поговорить о современном русском искусстве  в рамках онлайн-курса "Современное русское искусство" на Универсариуме. Авторы курса - Полина Зотова, историк-искусствовед, научный сотрудник, Московский музей современного искусства и Алеся Миюзова, психолог, исследователь, номинант гранта Российского научного фонда "Экзистенциальная психология: сближение парадигм".

snob.ru

Коллекция — Виталий Комар: green_fr

Я практически год не писал о Коллекции, несмотря на то, что с тех пор приезжало множество интересных людей. Наверное, не мог просто так продолжить после выступления Юрия Лейдермана — прочитайте мой старый пост, а если понимаете по-французски, то и видео выступления можно посмотреть. Ну а я, тем временем, перейду к Виталию Комару. Благо ещё до всех этих выступлений я Комара с Меламидом поместил в тот же пост, что и Лейдермана.

Комар просто хронологически рассказывал о своём (с Меламидом) творчестве. Одна из ранних работ — «Происхождение соц-реализма». Мне она очень понравилась тем, что одновременно показывает, что художники умеют рисовать (сам не знаю, почему мне иногда это кажется важным), а с другой — насколько картина может стать интереснее, если ты понимаешь, о чём она. Соц-реализм авторы рассматривают как очередную мифологию. Причём не оторванную от всего остального, а являющуюся развитием мировой (европейской) мифологии. Слева — прямая смесь двух жанров, соц-реалистический Сталин вписан во вполне классический декор. Справа — версия картины с белой линией, которая концептуально (наконец-то это слово употреблено в прямом его смысле!) отделяет миф от реальности.

Они очень много работали над понятием эклектики. Слева — картина «Первая капля крови», она состоит из трёх разных по стилю частей. Социалистически-реалистический Сталин героическим мечом отсёк совершенно экспрессионистскую руку (здесь Комар что-то прогнал про фрейдистский смысл отрезанной руки — якобы, это страх кастрации). А в третьей части смешение личной истории с историей страны — Комар рассказывает о школьной подруге, обнаружившей свои первые месячные ровно в день смерти Сталина.

Почему они интересовались такой эклектикой? Потому что, говорит, несмотря на публичное её порицание, она была везде. Вот слева — школа Комара, знакомая нам сцена приёма в пионеры. При этом, говорит, вы видите? Совершенно реалистический Ленин на фоне красного треугольника — не придумать лучшего символа для русского авангарда! Совсем не факт, что это было сделано осознанно, скорее даже наоборот. Но именно таким был и есть весь окружающий мир. А справа — изображение школьницы, чьё тело постепенно меняет стиль: совершенно реалистический низ сидит на всё том же (присутствовавшем в каждой школе) бюсте Сталина, геометрический бюст переходит в экспрессионистскую голову, увенчанную фотографией и минималистским полотном.

Или вот, говорит: реалистическая статуя Ленина, но стоит она на кубо-футуристическом пьедестале. Справа — картина Комара и Меламида с эклектическим Минотавром: академическая человеческая часть продолжается экспрессионистской животной.

Здесь он вспомнил иконы петровской эпохи, в которых уже могли быть руки и лица Возрождения, при том что одежда и пейзаж оставались в греко-византийском стиле — вот этот медальон Ленина-Сталина вполне повторяет эту эклектику: вполне реалистические профили на совершенно плоском красном фоне. Справа — двойной портрет Комара-Меламида, только к стандартному советскому стилю они здесь добавили ещё византийской мозаики (распространённой в агитпропе). Именно с этим портретом они вышли на бульдозерную выставку. Портрет там был уничтожен, причём Комар рассказал, как это происходило: его свалил лицом в грязь какой-то мент, схватил картину и собирался сломать её напополам. Комар поднял голову и крикнул «что ты делаешь? это же шедевр!» — и тут, по его словам, мент посмотрел на картину, в лице его что-то таки дрогнуло, и он бросил портрет в стоявшую здесь же мусорную машину не сломанным, а целиком :-)

Мне очень нравится игра Комара и Меламида с официальными плакатами. Стандартный слоган — это белые буквы на красном фоне, восклицательные знаки, профили вождей, вот это вот всё. Слева — настоящие растяжки советской эпохи. Справа — произведение Комара и Меламида, история СССР в популярных лозунгах.

Вот кстати, говорит Комар, «Слава Труду» на фотографии слева мы нарисовали в 1972 году. Советских оригиналов практически не осталось, их ведь никто специально не коллекционировал. Хорошо сохранились только плакаты с подписью «Комар и Меламид». Та же история, что и с писсуаром Дюшана — у кого остался писсуар того времени без подписи художника?

А вот это — «Идеальный лозунг». Именно так видны советские плакаты из проносящегося мимо поезда — ты не видишь текста, да он и не важен, смысл ты и так знаешь.

Эта картина понятна и без объяснения — цензура, молчание, немота, не болтай!

На следующей фотографии молодой Комар рядом с ещё одной картиной на ту же примерно тему, только с дополнительной цитатой, отсылкой к геометрическим абстракциям Малевича. Комар рассказал про картину Малевича справа — якобы тот был анархистом, и на картине изобразил не то столкновение, не то взаимодействие этих двух политических идей.

А вот это очередная иллюстрация, как описание делает прекрасным кажущееся банальным произведение искусства. У греков была техника получения идеальных пропорций человеческого тела. Они брали несколько красивых людей, измеряли разные части их тела и усредняли полученные меры. Комар и Меламид этим же методом сделали «Идеальный документ советского человека». Они взяли разнообразные советские документы, усреднили их размеры — получился почти квадрат. Очевидно, он должен был быть красным.

Ещё одна вариация на тему «Не болтай» — это часть проекта «супервещей для суперлюдей», и я про него ещё напишу, это гениально!

Дальше пошло концептуальное искусство, это — серия «Коды». Каждой букве ставится в соответствие цвет, таким образом записывается — кодируется — текст. В данном случае — статья советской конституции о свободе слова и свободе собраний в СССР:

Здесь они перепутали, как мне кажется, — правые картинки не от тех левых. Слева на следующей фотографии — та самая палитра (в версии с латинницей). А вот справа — перевод правил пользования советским паспортом на музыку, примерно по тому же принципу: каждой букве соответствует нота. Слева на предыдущей фотографии — виолончелистка Fluxus’а исполняет эти правила пользование. Как сказал Комар, получается чистый Кейдж.

Совсем мельком упомянул написанную ими оперу, где Ленин, Дюшан и Дж. Вашингтон спорят, что лучше — революция модернизма, российская революция или американская. На фотографии справа — постановка оперы (это реально поставили!)

Приехав в США, Комар констатировал если не идентичность, то родственность пропаганды этих стран:

И они начали работать над аналогичным переносом в советские реалии актуального в то время американского искусства. На следующей фотографии справа — «Флаги» Джаспера Джонса, слева — «Флаг» Комара и Меламида:

Ещё одна вариация на ту же тему — флаги ялтинской конференции. Причём, заметьте, говорит Комар, на знаменитейшей фотографии слева всё та же концептуальная эклектика. Там изображены слева направо: слуга королевы, демократически избранный президент и кровавый диктатор. Эклектический триптих.

Закончил он своё выступление своей работой, сделанной буквально за несколько недель до этого для NY Times — «Новая Ялта». Меня, конечно же, больше всего заинтересовало, кто это там выглядывает слева от Си Цзиньпина?

Пока я собирался с духом к этому посту, Центр Помпиду (тоже не самые реактивные ребята, при всём моём к ним уважении) успел выложить запись этой встречи, я с удовольствием пересмотрел! Перевод в тот вечер был крайне плохо организован, но за этим маленьким исключением, встреча была прекрасной!

green-fr.livejournal.com


Смотрите также