Единственная опера Блоха. Опера блоха


Единственная опера Блоха

Э. Блох очень рано начал сочинять музыку, для него было характерно тяготение к еврейской тематике. Он изучал еврейскую историю, философию, религию, поэзию, а в своих сочинениях разрабатывал еврейский мелос. В 1911–1915 годах Блох работал дирижером в Лозанне и преподавал композицию в Женевской консерватории. В 1916 году приехал в США как дирижер балетной труппы и остался там до 1930 года. В 1924 году Блох стал гражданином США. Это был один из самых плодотворных периодов творчества композитора. С 1920 по 1928 год он преподавал в Кливлендском институте музыки и был его директором, а с 1925 по 1930 год он также преподавал в Сан-Францисской консерватории. В 1930 году Блох вернулся в Европу, где выступал, дирижировал своими сочинениями и преподавал. В эти годы он сочинил свои основные произведения.После прихода нацистов к власти Блох снова уехал в США и остался там навсегда. Он был широко известен как педагог, с 1940 по 1952 год преподавал в университете Беркли. Многие американские композиторы — его ученики: Кол Портер, Роджер Сешнс (позже стал ассистентом Блоха), Дуглас Мур, Эрнст Бэкон, Фредерик Джейкоби и другие. Можно говорить даже о школе композиции Э. Блоха.Скончался Блох 15 июня 1959 года в Портленде, штат Орегон. Среди его наиболее известных сочинений — «Еврейская рапсодия “Шеломо”» для виолончели с оркестром (1916), которая принесла композитору мировую славу и до сих пор является одним из самых популярных сочинений для виолончели. Блестящим исполнителем «Шеломо» был Мстислав Ростропович. Также Блох написал сюиту «Баал Шем: три картинки из хасидской жизни» для скрипки и фортепиано (1923) — позже композитор оркестровал это сочинение, Три еврейские поэмы для оркестра («Trois poemes jufs», 1913), два кончерто-гроссо, фортепианный квинтет, скрипичные сонаты и др.В 1917 году Блох написал большую симфонию «Америка» с хором, посвященную памяти А. Линкольна и У. Уитмена. Своей родной Швейцарии композитор посвятил большую симфоническую фреску «Гельвеция», также он написал замечательный скрипичный концерт (1937). Но одно из главных его сочинений — кантата «Abodath Hokodesh» для баритона, хора и оркестра, написанная в 1933 году.Блох был одним из самых оригинальных композиторов XX века, его музыка — страстная и печальная, глубоко интеллектуальная и, как правило, насыщенная еврейскими мелодиями. Он был избран почетным членом академии «Санта-Чечилия» в Риме и награжден медалью Американской академии искусств и наук. Сочинения композитора часто удостаивались наград: струнный квартеты № 2 и № 3 получили премию американских критиков, а позже такой же премии удостоен был Кончерто-гроссо № 2. Симфоническая и камерная музыка Э. Блоха широко исполняется в США и Европе.Международное общество Эрнеста Блоха в этом году проводит различные мероприятия в связи с пятидесятой годовщиной кончины композитора. В июле пройдут большие юбилейные концерты в лондонском Wigmore Hall. Эти концерты общество Э. Блоха устраивает совместно с Еврейским институтом музыки, сопрезидентами которого являются леди Шолти и Леопольд де Ротшильд.Не все знают, что в молодые годы Блох написал свою единственную оперу «Макбет» по пьесе Шекспира (вторая опера композитора «Иезавель» осталась незавершенной). «Макбет» был сочинен в 1904 году, либретто написал Эдмонд Флег, который, так же как и Блох, был швейцарским евреем. Флег был известным писателем того времени, его сочинения были связаны с библейской тематикой.Премьера «Макбета» состоялась в Париже в 1910 году в театре Opera comic и шла на французском языке. Первыми исполнителями главных партий были Жан Нотэ (Макбет) и выдающаяся французская певица Люсьен Бреваль (леди Макбет). Опера шла около двух лет. В 1938 году она была поставлена в фашистской Италии, несмотря на то что и композитор и либреттист были евреями. Но состоялось всего три представления.Вторая мировая война прервала все творческие связи с композитором. Но после войны, в 1953–1963 годах, оперу «Макбет» ставили в Милане («Ла Скала»), Риме, Брюсселе, Женеве, а также в Израиле. В 2004 году «Макбет» был поставлен во Франкфурте.В Великобритании «Макбет» исполняли один раз на концертной эстраде в 1975 году, дирижировал Х. Серебри, а главные партии пели известные певцы Райян Эдвардс и Хельга Дермеш. К 50-летней годовщине смерти Блоха, 23 марта этого года, опера «Макбет» впервые была поставлена в Великобритании на сцене лондонского Bloomsbury Theatre силами оперной труппы и оркестра Музыкального общества лондонского университетского колледжа под управлением дирижера Чарльза Пиблса. Сольные партии исполнили певцы из различных музыкальных театров Великобритании.Режиссер-постановщик спектакля Джон Рамстер — ведущий преподаватель Королевской академии музыки. На его счету постановки различных опер в театрах Англии, на фестивалях и TV. Он также автор романов, многие из которых экранизированы. Джон Рамстер прочел «Макбет» как драму человека, неожиданно вознесенного на вершину власти и совершившего неслыханное преступление, которое разрушает его самого. Режиссер проявил смелость и поставил оперу жестко. Он перенес действие спектакля в XX век, в годы Первой мировой войны. Все мужчины одеты в форму английской армии начала прошлого века. Режиссер минимальными средствами показывает зрителям жестокое и бессмысленное лицо войны, в батальных сценах занято мало артистов, но эта сторона спектакля производит огромное впечатление.Большую роль в музыке и, соответственно, в постановке играют три колдуньи (ведьмы). Если у Шекспира они только предсказывают судьбы Макбета и других героев, то в спектакле их роль гораздо больше. На сцене три очаровательные молодые певицы: Джессика Блэкстоун, Мими Кролл, Элла Джексон, отнюдь не страшные и не уродливые ведьмы. Они поют и водят «хороводы», постоянно присутствуют в жизни героев и как бы «комментируют» происходящее — это что-то вроде хора в древнегреческих трагедиях. В третьем действии, когда идет сражение объединенных сил против тирании Макбета, эти колдуньи преображаются в сестер милосердия Красного Креста, помогают раненым и уносят с поля боя убитых. Они очень внимательны к людям и сочувствуют их горю. В финале спектакля после убийства Макбета именно эти колдуньи возлагают английскую корону на голову Малкольма. Их вокальные партии сложные и разнообразные, чувствуется, что композитор их любит и всю лирическую музыку отдал им.Главную партию Макбета пел Джордж фон Берге, отличный баритон. У певца яркая внешность, он очень драматично спел и сыграл свою партию. Он учился музыке в Бристоле и Королевской академии музыки, у него много наград вокальных конкурсов.Партию леди Макбет пела замечательная американская певица Кэтрин Рорер, обладательница крупного меццо-сопрано. Композитор весь жар своего дара и всю любовь отдал именно этой героине, и для исполнения этой роли требуется большой драматический голос. К. Рорер отлично справилась со своей партией: у нее прекрасная внешность, мощный голос и незаурядный сценический талант. Она уже выступала в театрах США, в Лионской опере, ее участие в «Макбете» украсило спектакль. Незабываема сцена ночного кошмара, когда она вспоминает убийство короля Дункана, пытается отмыть свои руки от крови и при этом поет труднейшую арию. В конце спектакля публика (и автор этих строк) устроили певице шумную овацию.Небольшую партию короля Дункана исполнил известный английский тенор Роланд Дэвис, многие годы певший на сцене Английской национальной оперы. В противоположность напряженным по музыке партиям Макбета и его жены ария Дункана мелодически красива и выразительна, она полна неги и умиротворенности. Небольшие вокальные партии других героев: Банко, Макдуфа и его жены, Малкольма и слуг — исполняли молодые певцы, многие из которых еще учатся в колледже вокальному искусству. Они увлечены театром и с огромной отдачей участвовали в спектакле.Сложная и утонченная музыка Блоха требовала от исполнителей не только хорошего вокала, но и сценического драматического таланта. Сценический рисунок героев оперы был очень продуман и чутко сделан режиссером Рамстером.Чрезвычайно ярким было оформление спектакля художницей Бриджит Киман. У нее уже большой опыт работы художником и дизайнером в Королевском оперном театре Covent Garden. Сценическое решение «Макбета» было простым: открытая сцена, на заднике — яркое солнце, которое постепенно закрывается черным кругом. Хороши были костюмы: форма английской армии для мужчин, яркие платья для колдуний, современные одежды слуг и артистов хора — художник как бы подчеркивает, что все эти события происходят в наши дни или в недалеком прошлом. Но в целом декорации и костюмы не отвлекают слушателей от музыки, ведь главное в этой постановке — музыка Блоха.Спектакль произвел хорошее впечатление, он доступен для широкого круга слушателей и зрителей. Пьеса Шекспира «Макбет» для англичан — это их родное, близкое, а либретто Э. Флега точно следует тексту пьесы. Можно только порадоваться, что коллектив этого театра вернул на английскую оперную сцену замечательную оперу Э. Блоха «Макбет». 

Яков КОВАЛЕНСКИЙ Россия 

www.alefmagazine.com

Эрнест Блох и его «Макбет»

В 1911-15 г.г. Блох работал дирижёром в Лозанне и преподавал композицию в Женевской консерватории. В 1916 г. приехал в США как дирижёр балетной труппы и оставался там до 1930 г. В 1924 г. Блох стал гражданином США. Это был один из самых плодотворных периодов творчества композитора. С 1920 по 1928 г.г. он преподавал в Кливлендском институте музыки и был его директором. А с 1925 по 1930 г.г. он также преподавал в консерватории Сан-Франциско. В 1930 г. Блох вернулся в Европу, где выступал и дирижировал своими сочинениями и преподавал. В эти годы он сочинил свои основные произведения.

После прихода нацистов к власти Блох снова уехал в США и остался там навсегда. Он был там широко известен как педагог: преподавал в университете Беркли с 1940 по 1952 г.г. Многие американские композиторы его ученики: Кол Портер, Роджер Сешнс (позже стал ассистентом Блоха), Дуглас Мур, Эрнст Бэкон, Фредерик Джейкоби и другие. Можно сказать даже о школе композиции Э. Блоха. Скончался Блох 15 июня 1959 г. в Портленде, штат Орегон. Среди его наиболее известных сочинений: Еврейская рапсодия «Шеломо» для виолончели с оркестром (1916), которая принесла композитору мировую славу и до сих пор является одним из самых популярных сочинений для виолончели. Блестящим исполнителем «Шеломо» был М. Ростропович. Им также были написаны: оркестровая сюита «Баал Шем: три картинки из хасидской жизни» для скрипки и фортепиано (1923), позже композитор оркестровал это сочинение, Три еврейские поэмы для оркестра («Trois poemes jufs», 1913), два кончерто-гроссо, фортепианный квинтет, скрипичные сонаты и др.

В 1917 г. Блох написал большую симфонию «Америка» с хором, посвящённую памяти А. Линкольна и У. Уитмена. Своей родной Швейцарии Блох посвятил большую симфоническую фреску «Гельвеция», также он написал замечательный скрипичный концерт (1937). Но одно из главных сочинений композитора – богослужебная кантата «Abodath Hоkodesh» для баритона, хора и оркестра, написанная в 1933 г. Он был одним из самых оригинальных композиторов XX века, его музыка страстная и печальная, глубоко интеллектуальная и, как правило, насыщенная еврейскими мелодиями. Композитор был избран почётным членом Академии Санта-Чечилия в Риме и был награждён медалью Американской академии искусств и наук, а его сочинения часто удостаивались наград: струнный квартеты №2 и №3 получили премию американских критиков, а позже такой же премии удостоен был кончерто-гроссо №2. Симфоническая и камерная музыка Э. Блоха широко исполняется в США и Европе. Существует международное общество Эрнеста Блоха, которое проводит в 2009 г. различные мероприятия в связи с пятидесятой годовщиной кончины композитора.

В апреле и июле с. г. прошли большие юбилейные концерты в лондонском зале Wigmore Hall, где исполнялись различные сочинения композитора. Эти концерты устраивает общество Э. Блоха и Еврейский институт музыки, сопрезидентами которого являются леди Шолти и Леопольд де Ротшильд.

Но не все знают, что в молодые годы Блох написал свою единственную оперу «Макбет» по пьесе Шекспира (вторая опера композитора «Иезавель» осталась незавершённой). «Макбет» был сочинен в 1904 г., либретто написал Эдмонд Флег, который так же, как и Блох, был швейцарским евреем. Флег был известным писателем того времени, и его сочинения были связаны с библейской тематикой.

Премьера «Макбета» состоялась в Париже в 1910 г. в театре «Опера-комик». Опера шла на французском языке. Первыми исполнителями главных партий были Жан Нотэ (Макбет) и Люсьен Бреваль (Леди Макбет), крупная французская певица. Опера шла около двух лет. Затем она была поставлена в 1938 г. в фашистской Италии, несмотря на то, что и композитор, и либреттист были евреями. Но состоялось всего три представления. Вторая мировая война прервала все творческие связи с композитором. После войны опера «Макбет» ставилась в 1953-1963 г.г. в «Ла Скала», Риме, Брюсселе и Женеве, а также в Израиле. Совсем недавно, в 2004 г. «Макбет» был поставлен во Франкфурте.

В Великобритании «Макбет» исполняли один раз на концертной эстраде в 1975 г., дирижировал Х. Серебри, а главные партии пели известные певцы Райян Эдвардс и Хельга Дернеш. И вот, к 50-летней годовщине смерти Блоха, 23 марта 2009 г. опера «Макбет» впервые была поставлена в Великобритании на сцене лондонского «Bloomsbury Theatre» силами оперной труппы и оркестра Музыкального общества лондонского университетского колледжа под управлением дирижёра Чарльза Пиблса, солистами выступили певцы из различных музыкальных театров Великобритании. Режиссёр-постановщик спектакля Джон Рамстер – ведущий преподаватель Королевской академии музыки. На его счету постановки различных опер в театрах Англии, на фестивалях и по телевидению. Он также является писателем, многие его романы экранизированы. Рамстер прочёл «Макбет» как драму человека, неожиданно вознесённого на вершину власти, совершившего неслыханное преступление, которое разрушает его самого. Режиссёр проявил смелость и поставил оперу жёстко. Он перенёс действие спектакля в двадцатый век, в годы Первой мировой войны. Все мужчины одеты в форму английской армии начала прошлого века. Режиссёр минимальными средствами показывает зрителям жестокое и бессмысленное лицо войны. В батальных сценах занято мало артистов. Эта сторона спектакля производит огромное впечатление. Большая роль в музыке и, соответственно, в постановке, отведена трем колдуньям (ведьмам). Если у Шекспира они только предсказывают судьбы Макбета и других героев, то в спектакле они играют гораздо большую роль. На сцене три очаровательные и молодые певицы: Джессика Блэкстоун, Мими Кролл, Элла Джексон – отнюдь не страшные и уродливые ведьмы. Они поют и водят «хороводы» и постоянно присутствуют в жизни героев, и как бы «комментируют» происходящее (что-то вроде хора в древнегреческих трагедиях). В третьем действии, когда идёт сражение объединённых сил против тирании Макбета, эти колдуньи преображаются в сестёр милосердия Красного Креста, помогают раненым и уносят с поля боя убитых. Они очень внимательны к людям и сочувствуют их горю. В финале спектакля после убийства Макбета именно эти колдуньи возлагают английскую корону на Малкольма. Их вокальные партии сложные и разнообразные, чувствуется, что композитор их любит, и всю лирическую музыку отдал им. Главную партию Макбета пел Джордж фон Берге, отличный баритон. У него яркая внешность, и он очень драматично спел и сыграл свою партию. Он учился музыке в г. Бристоле и в Королевской академии музыки, у него много наград на вокальных конкурсах. Партию леди Макбет спела яркая американская певица Кэтрин Рорер, обладательница крупного меццо-сопрано. Композитор весь жар своего дара и любовь отдал именно этой героине. Для исполнения этой роли требуется большой драматический голос. К. Рорер отлично справилась с этой партией: у неё прекрасная внешность, мощный голос и незаурядный сценический талант. Она уже много пела в театрах США, в Лионской опере, и её участие в «Макбете» украсило спектакль. Незабываема сцена её ночного кошмара, когда она вспоминает убийство короля Дункана и пытается отмыть свои руки от крови, и при этом поёт труднейшую арию. В конце спектакля публика (и автор этих строк) устроили певице овацию. Небольшую партию короля Дункана исполнил известный английский тенор Руланд Дэвис, многие годы певший на сцене Английской национальной оперы. В противоположность напряжённым по музыке партиям Макбета и его жены, ария Дункана – мелодически красивая и выразительная, полная неги и какой-то умиротворённости. Небольшие вокальные партии других героев: Банко, Макдуфа и его жены, Малкольма и слуг – исполняли молодые певцы, многие из которых ещё учатся в колледже вокальному искусству. Они увлечены театром и с огромной отдачей участвовали в спектакле.

Сложная и утончённая музыка Блоха требовала от исполнителей не только хорошего вокала, но и драматического таланта. Сценический рисунок героев оперы был очень продуманно и чётко сделан режиссёром Рамстером. Чрезвычайно ярким было оформление спектакля художницей Бриджит Киман. У неё уже большой опыт работы художником и дизайнером в Королевском оперном театре «Ковент-Гарден». Сценическое решение «Макбета» было простым – открытая сцена, а на заднике – яркое солнце, которое постепенно закрывает чёрный круг. Костюмы были хороши: форма английской армии для мужчин, яркие платья для колдуний, а слуги и артисты хора были одеты в современные одежды. Художник как бы подчёркивает, что все эти события происходят в наши дни или в недалёком прошлом. Но в целом декорации и костюмы не отвлекают слушателей от музыки, ведь главное – музыка Блоха. Спектакль произвёл очень хорошее впечатление, он доступен для широкого круга слушателей и зрителей. Пьеса Шекспира «Макбет» для англичан – это их родное, близкое, а либретто Э. Флега точно следует тексту пьесы.

Можно только порадоваться, что коллектив этого театра вернул на английскую оперную сцену прекрасную оперу Э. Блоха «Макбет».

www.operanews.ru

«Левша» Родиона Щедрина на Московском Пасхальном фестивале

Во второй день Пасхального фестиваля 13 апреля 2015 года на концертном исполнении оперы Родиона Щедрина «Левша» недостатка в подобного рода сопутствующем антураже не было: во-первых, сам Пасхальный фестиваль; во-вторых, Симфонический оркестр, Хор и солисты Мариинского театра; в-третьих, сам маэстро Валерий Гергиев, неизменно составляющий с ними единое целое. Работало на успех и то немаловажное обстоятельство, что эта опера, мировая премьера которой два года назад состоялась на Новой сцене Мариинского театра (Мариинский-2), была написана по его заказу, а сама премьера оказалась приуроченной к 60-летию всемирно известного дирижера. Собственно, ему свою партитуру автор и посвятил. Понятно, что в Москве зал пустым не был. Свою заинтересованную аудиторию это исполнение, конечно же, нашло, но и от наплыва публики стены Концертного зала имени Чайковского в этот вечер не ломились: верхние галереи балконов даже не открывались, так что, получив свое пресс-приглашение без места, я совершенно легко устроился в первом амфитеатре.

Надо ли говорить, что после антракта количество свободных мест в зале увеличилось, впрочем, это вовсе не показатель качественности ни самого опуса, ни его трактовки: зачастую подобное случается не только на исполнениях современной музыки. Что касается моих собственных впечатлений, то при всём недвусмысленном интересе, который вызвало концертное исполнение этой оперы, именно оперы в нем лично мне просто катастрофически недоставало. Николай Лесков – любимый писатель Родиона Щедрина, и это прекрасно! После литургии «Запечатленный ангел» (1998) и оперы «Очарованный странник» (2002) «Левша» – третье обращение композитора к литературному творчеству этого автора. Доставая из уголков своей памяти те, безусловно, позитивные впечатления, что в свое время произвели на меня оба лесковских первенца композитора, с полной уверенностью могу сказать, что эффект слушательской удовлетворенности «Левшой» оказался меньше того, на который я априори рассчитывал, а интерес к этому московскому фестивальному проекту оказался лишь одноразовым.

Но при этом я, всё же, поймал себя на мысли, что, если бы довелось, не преминул бы увидеть мариинскую постановку, ибо – при намеренно сложном, по большей части лишенном ярко выраженной мелодичности музыкальном материале – недостаток визуальных впечатлений в концертном формате ощущался весьма явственно. Лесковский «Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе» как колоритный исторический анекдот с привнесением в него элементов фольклора и эпоса, лубка и гротеска в качестве оперного сюжета, который реально, а не на словах учитывал бы специфику оперного жанра, заведомо пригоден весьма слабо. Несмотря на то, что Родион Щедрин, композитор и либреттист в одном лице, добавляя в свой опус ряд собственных текстов, с текстом Лескова оперирует весьма бережно, сквозное развитие фабулы в его «сложносочиненной» композиционной структуре отсутствует, но это вовсе не упрек либреттисту и композитору: всё это изначально заложено в литературном первоисточнике.

Назвав свое сочинение оперой, на самом деле композитор создал достаточно любопытный образец современной оратории с непреодолимо большим количеством действующих лиц, эпизодически пестрой, почти клиповой сменой картин и совмещением различных временных и пространственных измерений. Неожиданно смелой, психологически выразительной, хотя и утрированной на уровне комикса, оказывается проработка в ней русских фольклорных мотивов на основе развернутых хоровых эпизодов. Как всегда, необычайно динамичной и насыщенно яркой предстает у Щедрина оркестровая ткань, которую с истинным дирижерским энтузиазмом и полновесной многокрасочностью – решительно не без драйва! – расцвечивает Валерий Гергиев. Но вокальная составляющая этого опуса воспринимается на уровне обыденной, на редкость монотонной и однообразно скупой мелодекламации, заставляющей практически все мужские голоса звучать (слово «петь» не слишком здесь уместно) на крайнем пределе их драматического напряжения – даже перенапряжения! Ничего хорошего это, понятно, не может сулить ни самим голосам, ни их слушательскому восприятию.

Впрочем, мужской вокальный цех срабатывает в этой «оперной» оратории вполне добротно и даже профессионально крепко. Партии атамана Платова (бас-баритон Эдуард Цанга), обоих русских императоров Александра I и Николая I (баритон Владимир Мороз), а также, в особенности, английского полшкипера (баритон Андрей Спехов) построены на бесконечных forte и fortissimo, и это, признаться, изрядно утомляет. Партия главного героя, в трактовке Андрея Попова контрастно лавируя между нарочито утрированными pianissimo и явными «зашкаливаниями» на верхних границах ее диапазона, к чувственным возможностям техники mezza voce, средства выразительного звучания на середине, практически и не обращается. Тенор Андрей Попов – далеко не премьер: в партии Левши при своей сугубо харáктерной специализации он лишь в меру аккуратнен, иногда даже психологически утончен, но вместо масштабного архетипа могучего русского характера, очерченного своей непредсказуемой противоречивостью, исполнитель дает лишь его поверхностный, гротесково-комический срез.

Среди главных персонажей повести Лескова нет ни одного женского, и чтобы в обсуждаемую «оперную» ораторию внести дополнительные лирические краски, композитор-либреттист вводит в партитуру новую героиню. Занимая нишу главной фигуры при тройке английских лордов (Дмитрий Колеушко, Михаил Латышев, Владимир Живописцев), пытающихся сначала успешно «обрабатывать» Александра I, а затем – безуспешно – Левшу, принцесса Шарлотта (дочь короля Англии Георга III) в качестве нового персонажа воспринимается весьма органичным и логически оправданным приобретением. На сей раз в интерпретации меццо-сопрано Марии Максаковой привнесенный извне образ становится достаточно убедительным как в вокальном, так и в драматическом отношении. При этом редкие мелодические фрагменты, выделяющиеся неожиданной певучестью, кантиленностью истинно русского душевного наполнения, связаны вовсе не с этой партией, а с партиями-эпизодами как русских «разговорных» женщин (Екатерина Гончарова, Варвара Соловьева), так и, что удивительно, английских невест Левши (Мария Алешонкова, Екатерина Крапивина).

Особо следует сказать о самой блохе, которая, в силу вполне понятной драматургической коллизии, на главную роль в повести де-юре не претендуя, в обсуждаемой «оперной» оратории де-факто одной из главных ролей всё же становится. И как бы иронично ни звучало само словосочетание «ария блохи», два сольных выхода у нее есть. На сплошных pianissimo «в квадрате» их исполняет сопрано Кристина Алиева – сначала вокализацию английского, а затем и русского (после модификации блохи Левшой) алфавита. Эти экзерсисы звучат мило, забавно, даже увлекательно, но, с точки зрения музыкального материала, не с той обезоруживающей эффектностью колоратурных пассажей, которых абсолютно вправе ожидать от этих сугубо концертных вокальных пьес. И это лишь косвенно подтверждает тот факт, что при множестве инновационных подходов, обнаруживаемых в «Левше» Родиона Щедрина, лесковская блоха предстает окончательно не докованной именно в отношении оперы как жанра.

www.operanews.ru

БЛОХА ЗАПЕЛА | Петербургский театральный журнал (Официальный сайт)

Мировая премьера оперы «Левша» Родиона Щедрина состоялась на Новой сцене Мариинского театра в концертном исполнении. В заглавной партии выступил тенор Андрей Попов. Дирижер — Валерий Гергиев.

Прежде чем дать ауфтакт новой опере, за сорок минут до ее начала был дан старт новой концертной площадке — камерному залу Новой сцены, расположенному в угловом стеклянном кубе на уровне первого яруса. В мини-презентации, включавшей романсы Рахманинова, Калинникова, Балакирева, канцону Верди, сопрано Анастасия Калагина и меццо-сопрано Екатерина Семенчук испытали акустический потенциал зала. Стало ясно, что и для музыкантов выступить в этом зале на 120 мест будет отличной возможностью преодолеть волнение перед публикой, с которой они находятся «глаза в глаза». Неожиданное слияние искусства и жизни проявилось, когда сквозь ничем не занавешенные стекла «нового» зала стало видно, как в сером доме напротив на одном балконе мужчина в исподнем вышел закурить, а на другом — пожилая дама принялась за уборку. После того, как Екатерина Семенчук на пределе музыкальной правды спела «Частушки Варвары» из оперы «Не только любовь» Щедрина, передав состояние девушки на грани нервного срыва, Валерий Гергиев огласил, что этот маленький, но удаленький зал будет носить имя этого композитора, с которым дирижера связывают в последние годы творческие узы. После чего Родион Константинович не мог не сказать, что «Мариинский театр — лучший театр в мире». И отправился на мировую премьеры оперы, заказанной ему этим театром.

Премьера «Левши» вызвала стоячую овацию зала. В новом шедевре композитор проявил себя не только как непревзойденный мастер оркестрового письма, которому подвластны техники и нежнейшей акварели, и острой графики, и монументальной живописи, но и как художник с ярко выраженной гражданско-философской позицией. Помогла ему в этом идеальная универсальная и вместительная сказово-притчевая форма, заданная любимым им Николаем Лесковым. Сам композитор рассказал, что ощутил в рассказе Лескова истоки «библейской притчи, ярмарочного балаганного мифа, эпического сказания». К этому списку можно добавить жанры жития и лубка.

Валерий Гергиев творил звуковые чудеса с помощью своего универсального оркестра. Отчасти в «Левше» усматривался диалог с оперой «Очарованный странник» Щедрина, идущей на сцене Концертного зала Мариинского театра с момента премьеры в 2008 году с неизменным успехом. К слову, свою новую оперу композитор также доверил петербургскому режиссеру Алексею Степанюку, поставившему «странника», и это был факт в пользу диптиха о мытарствах русского человека. Кроме того, связь двух опер на сюжеты Лескова укрепилась и благодаря исполнителю заглавной партии тенору Андрею Попову, который в «Очарованном страннике» исполняет партию Князя. Но по степени внешней событийности «Левша», бесспорно, превзошел предыдущую оперу Щедрина.

Здесь — полное раздолье для режиссера: картины Петербурга, столицы Российской империи, картины Лондона, сцены на корабле, грандиозное полотно морского шторма. Любопытно, что при видимой динамичности действия темпоритм «Левши» больше всего похож на сновидческую реальность с постоянными зависаниями, замедлениями, рефлексирующими взглядами со стороны, связанным с желанием автора оставаться беспристрастным свидетелем, парить над ситуацией. Но сохранить беспристрастность ему больше всего не удавалось на стыках двух действий, когда из оркестра вырывается нескрываемая ярость и отчаяние от осознания невозможности изменить особенности национальной истории, характера, ума. В наше неспокойное время только притчи, рассказанные эзоповым языком, и способны гарантировать выживаемость. А в «Левше» было сказано многое — тут и тема Лондона, олицетворяющего просвещенную и цивилизованную Европу против великодержавного чванства, и мордовороты, требующие у Левши «тугаментов» по возвращении из заморского путешествия.

В то же время Щедрин не упустил шанс написать нежную лирическую протяжную песню про реченьку Тулицу для дуэта «разговорных девиц». В оркестровых «репликах», отделяющих картины, Щедрин продолжил традиции симфонических обобщений Шостаковича и Бриттена. В опере очень много тревожности, выливающегося в грозное предзнаменование «бури», во время которой «потонуть можно», о чем поет Английский полшкипер. Из Левши композитор сделал едва ли не очередного русского святого, наделив блаженными интонациями юродивого. И партия идеально легла на вокальные возможности Андрея Попова, у которого в верхнем регистре разве что не появляются «крылья». Мария Максакова была убедительна в партии Шарлоты, дочери Георга III. Совсем неспроста Щедрин отдал голос одного и того же певца (баритон Виталий Коротич) партиям двух русских царей Александра I и Николая I. Роль главного милитариста, всякий раз красноречиво изображаемого в оркестре грубой медвежьей поступью, с блеском исполнил бас-баритон Эдуард Цанга. А для Блохи Родион Щедрин написал виртуозный концертный номер, в котором миниатюрная, глазастая брюнетка Кристина Алиева колоратурно отчеканила английский и русский алфавиты, а в финале Блоха по-ангельски убаюкала умершего Левшу. Хор Мариинского театра в лучших традициях русской оперы отпел героя проникновенным и умиротворяющим «Трисвятым».

ptj.spb.ru


Смотрите также